?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Марк 1-ый.
Михаил Овчинников
o_mihalis
Мне сейчас трудно вспомнить, насколько это было трудно. Насколько было тяжело смотреть на мучения Зои, принимать какие-то решения. Когда все прошло хорошо, роды и первый месяц вспоминается с легкостью, радостью, некоторым романтизмом и даже гордостью.

Тут Марку 1 день.

IMG_1135

А тут 1 месяц.

IMG_9408

Так он спал в роддоме, правда в основном без мамы.

IMG_1133

Так он спит дома, и в основном с мамой и папой.

IMG_0033







Марк первый. Зоя
Как мы родили сына.
Естественно все началось неожиданно. Правильно говорили нам на курсах для беременных, что не надо ждать дня родов, потому что это равносильно ожиданию выкипания молока , стоящего на огне. Выкипит тогда, когда отвлечешься.
В один из теплых июльских вечеров "молоко стало выкипать"(30.07.2013). Я пошла в туалет и обнаружила, что у меня стала отходить пробка. В этот момент я испытала чувство равносильное тому чувству, когда 9 месяцев назад сделала тест на беременность и увидела 2 полоски. Радость, тревога, возбуждение, предвкушение встречи с новым членом семьи.
Пробки отошло мало, прозрачного цвета как сопелька. На курсах нам рассказывали, что пробка может начать отходить за неделю до родов. Собственно к этому выводу я и пришла, радуясь, что долгожданный день близится. В этот момент я и не подозревала, что наш малыш выбрал именно эти дни для появления на свет.
На протяжении следующих нескольких часов пробка отходила понемногу и я стала ощущать тянущую боль внизу живота. Совершенно верно сравнение этой боли с болью при месячных. Но даже в этот момент я не думала, что матка начинает свою родовую деятельность и через почти сутки мы увидим нашего малыша!
Причина моего недоверия была в том, что боль приходила на 10-30 секунд через каждые 3-7 минут. В то время как нам говорили, что схватки начинаются с интервалом от 30 минут, потом 15 минут и т.д. Через 3-4 часа я не выдержала и попросила Мишу позвонить нашей акушерке и сказать о происходящем, потому что схватки так и продолжались, не давая мне заснуть. Акушерка посоветовала мне принять горячую ванну не менее, чем на час. Сказала, что в ванной схватки либо прекратятся, либо увеличится интервал между ними и начнется нормальный родовой процесс. В ванной мне действительно стало намного лучше и за все пребывание дома в схватках я ее принимала по часу раза три. Правда желаемого эффекта она не принесла. Схватки так и продолжали меня терзать через каждые 3-7 минут с продолжительностью не больше минуты. Под утро, часов в 7 мы снова позвонили нашей акушерке. Она сказала, что на настоящие схватки это не похоже и не стоит переживать. Надо было оставаться дома и ждать настоящих схваток. Мне было трудно переварить эту информацию, потому что я уже устала от бессонной ночи и хотелось уже поскорее родить. Приблизительно в 9 утра к нам приехала вторая акушерка, с которой мы должны были рожать. Я была счастлива ее видеть! Мне казалось, что она должна как волшебница что-нибудь сделать и я через несколько минут начну рожать. Но это были несбыточные, бредовые мечты не выспавшегося человека. Акушерка меня посмотрела и сказала, что раскрытие всего-лишь на сантиметр и что в роддом еще очень рано ехать. Мне сделали коктейль, который должен был меня расслабить, чтобы я могла немного поспать (красное вино, чай, мед). Я алкоголь вообще не пью и даже соотношение один к трем мне показалось очень крепким! Заставив себя выпить пол стакана волшебного эликсира я не почувствовала расслабления и поняла, что поспать мне не удастся ни при каких попытках помочь акушерки и Миши. Одновременно с этим схватки стали больнее и все сильнее подступало чувство тошноты. Приблизительно через час меня стошнило коктейлем и всеми волшебными пилюлями, которые мне давала акушерка в надежде расслабить мой организм (гомеопатия). Ничто не помогало, а тем временем я теряла силы даже не на настоящие схватки, а на какую-то предродовую тренировку организма. Акушерка ушла приблизительно в 12.00 дня, сказав, что надо крепиться, держать себя в руках и постараться поспать, так как возможно раньше, чем через сутки я не рожу. С такой информацией было сложно смириться, потому что боль становилась сильнее, а работа с голосом уже давно перестала помогать. Я бы даже сказала, что она со временем стала раздражать. Сама-то я еще могла повыть, а как только подключался Миша, мне казалось, что боль усиливается, по-этому я вежливо попросила мужа не выть со мной. Так же было тяжело отпустить акушерку, потому что с ней я хоть чувствовала, что что-то началось, а когда она ушла, я поняла, что видимо действительно все на ранних стадиях и до родов еще многое предстоит пережить. На протяжении всего времени, которое мы провели в схватках дома и в роддоме, Миша периодически пытался поспать, но это было трудно сделать рядом с ноющей от боли женой. По-этому к родам Миша тоже пришел уставший и не выспавшийся.
С усиливающимися по боли и продолжительности схватками (интервал по прежнему оставался около 5 минут) дома мы провели еще несколько часов пока я не стала откровенно ныть и почти кричать от боли. Миша снова позвонил акушерке и доложил о моем поведении. Акушерка сказала "ну раз хочется, отправляйтесь в роддом, а я подъеду позже". Все было предельно ясно. Отправится так рано в роддом значило признать, что естественных родов уже не выходит, потому что в роддом хотелось ехать за помощью. Еще в роддом хотелось по причине любопытства на сколько раскрылась шейка матки. Может акушерки ошиблись и у меня там уже все 5 см! Во всяком случае хотелось верить, что больнее уже не будет. Пролежав дома еще около двух часов я не выдержала и приняла решение ехать в роддом. Миша помогал мне подняться с постели, потому что садиться было почему-то очень больно от чего казалось, что малыш уже на подходе! Но это было совсем не так.
Сев в заранее подогнанную машину к подъезду (вернее полусев), я взяла всю свою волю в кулак и постаралась провести время в поездке в роддом в расслабленном состоянии, в тишине и покое. Миша видимо понял мое желание, по-этому ехал молча лишь поглядывая на меня в зеркало заднего вида. На удивление я смогла проехать без капризов до роддома даже не смотря на пробки, которые беспощадно встречались нам на пути. Подъехав к роддому я с трудом с помощью Миши выбралась из машины, обнаружив, что боль при попытке сесть ровно стала сильнее. В роддоме нас встретил врач, с которым мы заключили договор. Дальше начались какие-то стандартные процедуры, от которых стало еще хуже физически и морально. Миши рядом не было, его сразу отправили в родовую палату ждать меня. В приемной мне дали переодется в хлопковую ночнушку (не надо было значит брать свою с собой), стали задавать стандартные вопросы, например, когда малыш первый раз пошевелился в животе, хотя у меня была ссобой бумажка, в которой все ответы уже были написаны (ее нам дали на курсах, предупредив, что надо заполнить, чтобы не задолбали с ними в приемной роддома). Потом мерили давление и даже по-моему температуру. Как же мне казалось, что все это неуместно и ненужно! Я ходила как болванчик, опустив голову вниз и покорно делая все, что мне говорили. Просто не было сил на что-то еще. Потом меня осмотрел наш врач на акушерском стуле. Осмотр был не из приятных, особенно после того, как он сказал, что раскрытие всего-лишь 2 см!!! Как??? Как 2 см??? Такая боль, столько мучений и всего-лишь 2 см??? Врач это объяснил тем, что у меня многоводие и из-за этого шейка матки не может полноценно и быстро раскрыться. Мало того, он сказал, что воды зеленого цвета, чего не должно быть. Порекомендовал сделать прокол пузыря, ссылаясь на то, что это действительно требуется в моем случае из-за того, что воды грязные, их много из-за чего малыш, вроде как долго раскрывает шейку матки. Так же он настоятельно рекомендовал эпидуральное обезболивание, так как рожать мне еще не скоро, а я уже практически полностью выбилась из сил. А эпидуралка должна ускорить процесс раскрытия шейки матки. На все это я отвечала, что подумаю. Во время осмотра врачу пришла помогать медсестра, потому что я вертелась и крутилась на стуле как змея от боли. Практически кричала имя врача, чтобы он перестал делать так больно, хотя больно конечно в основном делал не он :) Вставала со стула я конечно с помощью врача. Сама могла бы только сползти и упасть, наверно :) Далее меня ждала кружка Эсмарха, после которой в схватках я провела 15-20 минут на туалете, очищая свой организм. Сказать, что было больно - ничего не сказать! Дальше я пошла в родовую палату по-моему ни о чем не думая, кроме боли. Да, так делать было нельзя и все, чему нас учили на курсах прошло как-то мимо меня, к сожалению. Но зато я недавно задумалась, а как бы прошли роды без подготовительных курсов? Неужели еще хуже и невыносимее??? Вопрос остался открытым.
В родовой палате меня уже ждал Миша, переодетый в синий халат и специальную шапочку. Ну вылитый врач! Бородатый доктор Айболит! :) ему очень понравился этот наряд и он его стащил, в итоге, домой :) надо заметить, что ему очень пошел образ врача :) но если честно, на тот момент мне так было плохо, что мне было все равно на все! Делайте со мной что хотите! Только бы это побыстрее прошло! в палате стояла кровать, на которую я сразу завалились и стала стонать, чего-то ожидая. Пришла медсестра и прилепила мне на живот аппарат, который прослушивает сердцебиение малыша. Не очень приятная штука в схватках. В схватках вообще мало чего нравится :) Пришел врач и сказал, что наши акушерки в пути. А мне уже было ни до чего! В какой-то момент я ему сказала, что хочу кесарево!!! Уж такого я от себя не ожидала! На что он ответил: погоди! Раскрытие было всего на 5-6 см, а до полного раскрытия мне сказали еще ждать часов 7!!! Это было причиной моего согласия на прокол пузыря. Еще 7 часов этой жуткой тягомотины я точно не вынесла бы. Хотя нам на курсах сказали очень важную вещь, что природа не может дать человеку столько боли, сколько он не вынесет! Как же я опиралась на эту фразу во время беременности! Я была почти уверена, что вынесу эту боль.
Врач меня предупредил, что после прокола пузыря схватки станут чаще и сильнее и что я должна быть к этому готова. Я и не могла представить, что может быть больнее! Пузырь вскрыли, воды стали отходить рекой и действительно зеленого цвета. Я бы даже сказала черно-зеленого. Это вроде как говорит о том, что малыш в животе как-то напрягся и покакал там и что это вроде как не хорошо. Когда отходили воды даже как-то полегчало, но не на долго. Начались обещанные сильные схватки от которых я стала уже откровенно кричать и естественно следующим моим шагом было - согласие на обезболивание! Пришел врач и сказал, что меня слышно на другом конце корридора и что так кричать нельзя, все равно легче не станет. А моему организму было все равно! Он хотел кричать и кричал, не смотря на мои уговоры постараться расслабиться и получать удовольствие :) дальше приехали наши акушерки, отлепили меня наконец-то от прибора, который прослушивает сердце ребенка, навели чистоту в палате, да и вообще пытались меня как-то отвлечь. А я все ждала с нетерпением анестезиолога, которая не могла прийти никак, потому что была на других родах. Пока ждали обезболивающее, мне влили физ. раствор через капельницу. Наконец пришла анестезиолог и сделала мне обезболивающее. Это тоже целая процедура. В схватках, когда лишнее движение вызывает дискомфорт, тебя сажают на стул, между позвонками вводят что-то типа иглы, кладут обратно на кровать и через трубочку от иглы вводят обезболивающее. Сначала у меня онемели ноги, потом стало трясти весь организм и я стала отдыхать от боли. В этот момент я стала всех очень любить! Так мне было хорошо! Но не долго. Приблизительно через пол часа я снова стала ощущать схватки. Не так сильно, но все же. Стала просить еще какой-то укол, после чего акушерка сказала, что я вредничаю и не хочу совсем работать. Мне же было все равно! Колите чего угодно и литрами, главное избавить меня от этой боли! Акушерка сделала мне укол после которого я ничего не помню. Помню, что проснулась от жуткой боли! Это прошли действия обезболивающих, а дело уже шло к потугам. Потом я поняла, о чем нам говорили на курсах про обезболивающие уколы! Только в процессе я ощутила в полной мере смысл того, почему нельзя делать обезболивающий укол в родах! Обезболивание не дает роженице постепенно войти в роды! Т.е. она не чувствует нарастающей боли во время действия укола, а потом резко, когда эпидуралка перестает действовать, она чувствует ту боль, которая наросла постепенно! Что было дальше я помню смутно. Помню, что схватилась за капельницу и стала ею мотать! Хотела то-ли встать, то-ли убежать. Пыталась вырваться в то время как меня держали и говорили, чтобы я ни в коем случае не сводила ноги, потому что голова малыша уже на подходе. А мне так хотелось свести ноги! Так хотелось, что мои ноги просто напросто пришлось держать акушеркам. Миша держал меня сзади, а врач сидел справа и вырывал из моих рук капельницу. Дальше начались потуги, мне стали говорить когда тужиться, когда не надо тужиться, а тужиться хотелось постоянно. Когда говорили делать глубокий вдох и долгий выдох на выдохе получался только крик. Со временем я взяла себя в руки и выдох стал получаться. Тужится у меня тоже не вышло. Как бы я не старалась, малыш стоял на месте. И здесь на помощь ко мне пришел врач. Он нажал мне на живот и сказал животом создавать сопротивление его руке. Тогда у меня стало получаться выталкивать малыша. Все это дело длилось минут 15-20. Малыш выскочил с воплями из меня в 23.10, 31 июля :) в этот момент я любила всех и мне казалось, что самое страшное позади. Когда я родила плаценту, Мише дали перерезать пуповину. Потом нашего сына здесь же осмотрел педиатр, сказал, что все хорошо. Меня в то время повезли накладывать швы. Порвалась я сильно. Мне предлагали сделать разрез, но я решила порваться сама. Ну хоть что-то должно было произойти естественным путем! В итоге я получила все, чего так не хотела. Это: прокол пузыря, обезболивающий укол, давление на живот, разрыв.
После родов мой и так низкий гемоглобин упал до отмеки 60. Из-за этого меня не хотели вписывать из роддома. Делали противовоспалительные капельницы и капельницы с железом, чтобы поднять гемоглобин. В итоге на второй день гемоглобин упал до 57. Мой муж и свекровь забрали меня домой под свою ответственность. Мы все писали расписки, что предупрежденыо о возможных последствиях вплоть до летального исхода. Еще на второй день у нашего сына отпала пуповина и нас стали пугать, что дома у малыша может открыться кровотечение и мы не успеем вызвать скорую, как малыш погибнет. В общем много чего говорили нам, но мы решили, что надо ехать домой.
Мое самочувствие после родов было ужасным. Я не могла встать из-за слабости, мне нельзя было сидеть из-за швов. Я не могла сама сходить в туалет по маленькому, что очень плохо для родившей. У меня жутко болел геморрой, который выскочил во время родов. Когда я увидела себя в зеркало, решила, что меня можно снимать в фильме ужасов в качестве ходячего трупа. Именно по всем этим причинам нас не хотели отпускать домой, но насильно держать нас никто не имел права.
Домой к нам приехали акушерки, которые успокоили на счет пуповины малыша, но не обрадовали на счет моего состояния. Порекомендовали стационар. Мне хотелось плакать, потому что покидать малыша и подсаживать его на смеси очень не хотелось. Тут взяла свое слово моя свекровь, которая не верит в медицину. Она пообещала акушеркам, что будет за мной ухаживать. И вот уже почти 2 недели она выхаживает меня 6-и разовым питанием (чего естественно нет ни в каких стационарах и роддомах), травяными сборами и сном. За 5 дней мой гемоглобин повысился на 14 единиц. Радости не было предела :) надеюсь, что на этом мое выздоровление не остановится :) молока навалом, малыш не жалуется, что я ем все подряд. Спасибо большое моей свекрови! Мы бы с Мишей такой график не потянули бы конечно!
Вывод я сделала очевидный - мало ходить на подготовительные курсы! Надо заниматься собой постоянно и не запускать свое здоровье! Наш врач сказал мне правильную вещь, что я была совсем не готова к естественным родам. Ни морально, ни физически. Моей очевидной ошибкой было то, что на протяжении всех 20 часов от отхождения пробки я пыталась контролировать происходящее в то время как на курсах нам говорили, что во время родов надо расслабиться, все отпустить, идти на боль и ни о чем не думать. Но я не отчаиваюсь :) у нас еще все впереди :) надеюсь второго ребенка мне удастся родить так, как мне этого хотелось бы :)


Марк. Первый. Михалис.

Я уже привык к беременности. Я привык к существу, которое бьется и пихается в животике у жены. Существо, которое когда поешь ему колыбельную или просто положишь руку на пузико, успокаевается. Мы ходили на курсы подготовки к родам и гуляли неспешно вечерами. Роды подошли не то что бы неожиданно. Нам сразу так и сказали: конец июля - начало августа. Мы знали, что ребенок может родиться на пару недель раньше или позже обычного и ждали его каждый день. Точнее я ждал, и когда спрашивали, то отвечал, что со дня на день должны родить. Но сказать, что я был готов, не могу.
Я пришел с работы поздно, и вставать мне было рано. Пол второго Зоя сказала: "кажется, начинаются схватки". С периодичностью в 5 мин ее начало кошмарить. Мы позвонили акушерке, но она сказала, что это еще не схватки, и что бы мы попытались расслабиться и поспать. Пару раз по часу Зоя лежала в ванной и ей не надолго становилось лучше, однако заснуть она так и не смогла. Я тоже толком не поспал. Утром приехала акушерка. Осмотрев Зою, она сказала, что раскрытие еще меньше сантиметра и до родов еще долго. Дала Зое каких-то гомеопатических шариков, которые не помогли. Мы пытались поспать, но это не получилось и около 5-ти мы поехали в роддом.
Мои последующие дети не будут рождаться в роддоме в России. Не смотря на контракт, отдельную палату, отдельного врача и двух акушерок, роддом оставил мне впечатление тяжелой совковой безысходности. К моменту, когда мы приехали, Зое было уже очень плохо. В холле, достаточно чистом и отремонтированном, какие-то люди, беременные и не очень, чего-то ждали. У них тут хрен поймешь че и куда идти. Созвонились с врачом. Врач увел Зою, оставив меня в холле. Врач нормальный адекватный мужик, но вся система пропиталась духом античеловечности. Зою заставляли подписывать какие-то бумаги, отвечать на глупые вопросы, хотя ответы на них уже были написаны, что-то еще делать, пока я сидел в холле и нервничал. На людей в холле никто не обращал внимания, а они смотрели на меня не то с жалостью, не то с презрением, типа приехали тут блатные. Казалось, я просидел там вечность, пока меня позвали, переодели в халат и отвели в палату. Зои нет. Еще пол вечности в бессонном ознобе. Появилась Зоя в больничном халате, бледная, еле переставляя ноги. Что было дальше я помню как мутный тревожный сон. Поставили громко ухающий аппарат контроля сердцебиения ребенка. Прокололи пузырь. Зое все хуже и больнее, но от анестезии она отказывается. В какой-то момент она сдалась и вызвала анестезиолога. Я и не представлял, что это такое! Это в позвоночник вставляется дрын со шлангом, через который льют препарат. Все это долго неудобно и больно. Все равно не можем уснуть. Вкололи снотворное, которое подействовало минут на 10. Зоя на полуслове обмякла, через минуту закинула на меня руку и ногу и успокоилась. Это был какой-то важный момент. Я почувствовал ее кратковременное облегчение, свою нужную роль во всем этом, почувствовал, что это мой родной и дорогой человек. Вскоре из нее вырвался бессознательный крик. Мне было так тяжело и страшно от того, что я не могу ни чем помочь ей. Меня посадили за Зоей так, что бы она опиралась на меня спиной, а я мог держать руки и колени. У Зои в руках и ногах появилась огромная сила, с которой нам вчетвером было не просто бороться. Все же удалось направить ее в нужное русло. Мне надо было во время потуг разводить ноги и держать спину. Это не было легко, даже физически. Врач сказал сначала мне, что важно сделать маленький разрез, иначе будет огромный разрыв, и я согласился на это. Однако Зоя наотрез отказалась, не смотря на все мучения. Я не знал поддерживать ее или отговаривать, хотя слышал, что разрывы заживают лучше, чем разрезы, но сомневался на счет огромных против маленьких. В итоге я просто делал, что мне говорят и, ну, это никак не назвать, кроме как «молился». Я не читал молитвы, нет, просто я подсознательно очень хотел, что бы кто-то всемогущий сделал так, что бы все получилось хорошо. Кажется, я даже обещал что-то сделать или делать, если так выйдет. Появление Марка было для меня и радостью и облегчением и удивлением и еще непонятно чем, я то-ли поздравил Зою, то-ли поцеловал. Потом меня смутило, что акушеры просто отложили ребенка в сторону и опять сосредоточились на Зое, опять тужиться и т.п. – рожали плаценту. Т.к. разрывы были большими надо было срочно везти зашивать. Зою увезли, пуповину пережали, и дали мне перерезать с напутствием. Я сказал: «Будь счастливым». Спросили, не будем ли мы забирать плаценту и все ушли. Я остался наедине с крохой. Взял его на руки. Марк приоткрыл один глаз, потом второй, увидел папу, удовлетворенно кивнул и уснул. Потом пришла акушерка и мы измерили рост и вес малыша. Потом пришла местная акушерка и забрала Марка на пеленание. Наша акушерка сказала, что так и надо. Вернули его в виде тюбика – спрессованные по швам руки и ноги и непропорциональная голова. Привезли Зою и приложили Марка к груди. Это был завершающий этап родов, а потом Зою отвезли в 2-местную палату, а меня отправили домой. Даже за пицот миллионов тыщ денег мы не могли остаться в этой палате вдвоем до утра (точней втроем). Смесь чувств – радость, волнение и безысходность.
Утром привез Зое гречку с бужениной из Теремка. Меня не пускают (посещения с 4-х), еду не передают (а вдруг что), Марка ночью забрали, т.к. она не могла за ним ухаживать, утром раз принесли на пол часа, а он спал и покормить не получилось. И все. В 4 попал к Зое и пошел за Марком. Мне говорят – принесем вам в 16:30. Я давай конючить, уговаривать, просить и умолять. В итоге, меня попросили подождать за дверью 5 минут, и отдали ребенка. Это было какое-то автоматическое унижение, которое потом влилось в общее мое отношение к нашей медицине. Марк спал и не собирался просыпаться. Я не верю, что они ничем их там не накачивают. В 6 часов мы позвонили акушерке и спросили что лучше – сон или грудь. Она сказала – будить и прикладывать. У нас никак не получалось, что бы он взял грудь. Я пошел опять в детское отделение просить, чтоб нам помогли, пожалуйста-пожалуйста, спасибо-спасибо. В 19:30 меня выгнали, ребенка забрали и сказали: «вам не показано кормление грудью». Это типа из-за антибиотиков, которые кололи Зое. На Зоины протесты они сказали: «Вы отказывайтесь сколько угодно, но мы больше ребенка на кормление не принесем». Когда я это узнал; кто меня знает хорошо, - представляет, как я могу материться, когда раздражен, но тут я даже этого не мог, я переваривал это в ужасе, отчаянии и страхи принимать решения. Было очевидно одно: Зоя толком не ест, ребенок не ест вообще и будет подсажен на корм, состояние Зои очень плохое и физическое и моральное, меня к ней пускают на 3 час в день. Я посоветовался с акушерками и своей мамой и решил завтра забрать Зою и Марка домой. Т.к. Зоя не могла сидеть – я вызвал платную скорую помощь, и это было круто. Я знал, что выписаться из роддома не просто и попросил свою маму поехать со мной. Моя мама – это секретное орудие, она умеет очень грамотно и качественно отстаивать свою позицию и затыкать чужие авторитеты. Врачи стали пугать Зою. Они нашли у нее совсем низкий уровень гемоглобина в крови, какие-то воспалительные процессы, анемию и хрен еще знает что. У Марка отпала пуповина (я почти уверен, что они специально ее отодрали) и кровоточила. Педиатр сказала, что он истечет дома кровью за 5 мину. У нас был отвратительный разговор с глав врачом и его замом – Тамирланом Казбеговичем и Соней Жоровной. Тамирлан на нас откровенно гнал на повышенных тонах и пиздИл про уголовную ответственность, да про «не имеете права», потом тупо беспардонно свалил, огрызнувшись, что у него и другие пациенты есть. Соня Жоровна (это я не стебусь, это ее реально так зовут. Не София Георгиевна, а Соня Жоровна) строила из себя учительницу и объясняла неразумным первоклашкам, что надо мыть руки перед едой, а то глисты заведутся. «Вы понимаете, Ваша жена в очень плохом состоянии, ей нужен постоянный уход…». Я ей отвечал «Вы знаете, моя жена в плохом состоянии и ей нужен постоянный уход, покой, хорошее питание и прочее, и именно поэтому я забираю ее домой». Педиатр сказала мне: «Я не понимаю, как же можно так не любить свою жену!» Я смотрел на нее и думал: «Ты мерзкая жирная сука и я не собираюсь тратить ни одной своей нервной клетки на тебя!». Но потратить пришлось. Не смотря на то, что наша карета скорой помощи стояла у парадного подъезда (блин, как круто, что они могут въехать на территорию любой больницы и т.п. без проблем!), а Зоина палата была в 50 метрах от него, Жирная педиатр сказала, чтоб Зоя шла через весь роддом в конец левого крыла к отделению выписки и не волнует. «Вы что сюда приходите со своими правилами?» Зоя еле идет, я готов вызвать ребят со скорой с каталкой (тоже был бы номер) но слава богу милая девушка на рецепшн (или как она там называется) сказала: «Раз у вас машина тут – выходите тут». Она одна почти смогла скомпенсировать мое негодование, почти. Я загрузил всех в скорую (и свой рюкзак с навигатором), а сам поехал на гольфе. Неожиданно понял, что без меня они не смогут подняться, что я не вижу пробок, что опять я не подготовился до конца и как втопил, прикидывая где что может стоять, что приехал на 20 мин раньше скорой с мигалкой, которую вел Яндекс. Пока мы ехали, врачи из роддома позвонили акушеркам, рассказали про гемоглобин, те позвонили мне, пытались развернуть обратно, типа с таким гемоглобином молоко не появится несколько недель, врач из школы для беременных сказала, что не поедет к нам с таким гемоглобином, что она не сможет ничего сделать, врач из женской консультации позвонил Зоиной маме и ее перепугал до чертиков. «Мы так переживаем за нее!» - передала мне его слова теща. Я сказал, что это глупо верить в то, что врачу из консультации, причем не тому, кто ее «вел», а заменяющему, который в глаза Зою не видел, или Тамерлану Казбеговичу или Соне Жоровне есть хоть малейшее дело до Зоиного здоровья. Они тупо делают свою работу и поступают по предписаниям. Я уверен, что такие уходы в таком состоянии как-то бьют по их репутации или типа того. Однозначно, что за лечение таких как Зоя они получают бабло от государства и только кретин может говорить, что медицина может быть бесплатной.

С другой стороны, не смотря на свою карету скорой помощи, не смотря на серьезность наших слов, врачи не могут знать, что мы не придурки и будем действительно ухаживать за пациентом, а не поведем к шаману или экстрасенсу.
В итоге на 1-ый день Зоя почувствовала себя гораздо лучше, на 2-ой появилось молоко, на 3-ий она могла уже сама спокойно ходить, гемоглобин уверенно попер вверх и через месяц превысил значение, которое было до беременности (в общем-то пониженное). Швы прекрасно зажили, все куда надо опустилось и вернулось на места. Повязку с Маркиного пупка, которую буквально умоляли не снимать 3 дня выкинули сразу и зажило все прекрасно. В общем теперь вся эта история вспоминается с легкостью, радостью, некоторым романтизмом и даже гордостью. Спасибо моей маме за помощь и наставления по питанию. Мы планируем продолжить здоровый образ жизни, правильное питание и обращаться к врачам только в случае острой необходимости.

Марк любит лежать у меня на животе, но со временем начинает искать молоко.

IMG_0104

Через месяц мы поехали в дом отдыха...

IMG_9203

... с Леней Милой и Мини Милкой.

IMG_9389

  • 1
Мне очень грустно. Грущу вместе с вами. Роддом-это очень странное место. Слышу не первый раз. И даже если вам обещают идеальные роды-не верьте. Я поверила. Больше никогда!

  • 1